ЖИЗНЬ ПОЛИТИКА

Скованные одной цепью: Путин призвал не расшатывать правоохранительную систему

© Коллаж/Снег.TV

Чем медленнее будет проходить реформирование судебной и правоохранительной системы в России, тем лучше для всей государственной структуры, призвал президент Владимир Путин.

Выступая перед молодыми, а потому горячими и нетерпеливыми выпускниками программы кадрового резерва для госслужбы, потенциальными губернаторами, их будущий начальник призвал “не размахивать шашкой” и “не выдвигать лозунгов”.

Путин призвал кадровый резерв руководствоваться врачебным принципом “не навредить” и ни в коем случае не допускать революционных перемен.

Посадят всех

В юридическом сообществе имеется почти 100-процентный консенсус относительно того, что российская судебная и правоохранительная системы тяжело больны. Однако почти такое же единое мнение существует и относительно того, что эти системы сами по себе никуда сэволюционировать, как к тому призывает президент, не могут, считает глава центра “Судебно-правовая реформа” Рустем Максудов .

Главная проблема судебно-правовой системы в России состоит в том, что она нацелена не на торжество закона, а на то, чтобы посадить как можно больше людей. И те сотрудники этой системы, кто неправильно понимает ее задачи, в ней долго не задерживаются, – сказал он СНЕГ.TV.

И началось это не при Путине. Когда в 1995 году тогдашний и.о. генпрокурора Алексей Ильюшенко посмел в лицо заявить тогдашнему президенту Борису Ельцину, что его, Ильюшенко, задача защищать закон, а не подгонять оный под политическую злобу дня, он был немедленно уволен со своего поста и отравлен в Лефортово по обвинениям в коррупции.

Понимаете, эта система, связка между судами и уголовным следствием, никак не формализована, у судей и у следователей нет какого-то общего начальства, которое может приказать судье выносить тот или иной приговор. Но именно из-за этой неформальности сложившейся практики совершенно непонятно, какой узел надо рубить, какой элемент системы устранять, чтобы разрушить эту связку, – говорит эксперт.

В интересном положении

По словам Максудова, судьи повсеместно “входят в положение” следователей, понимая, что если дело рассыплется в суде из-за чрезмерного “законничества”, это может навредить карьерам множества сотрудников правоохранительных органов.

Когда перед судьей стоит гамлетовская дилемма, закрыть глаза на огрехи доказательной базы и тем не подмачивать профессиональную репутацию следователя или “привязываться к буквам” ради соблюдения прав наверняка не белого и пушистого подозреваемого – судья вряд ли долго мучается выбором.

Судебно-правовая система в России – палочно-галочная. От следователей требуют доводить до суда сто процентов дел; от судей ждут такой же стопроцентной поддержки обвинения. То есть суды и следствие зависят друг от друга, и это деформирует сам принцип правосудия. Это описано в сотнях исследований, – говорит Максудов.

Число оправдательных приговоров в России составляет доли процента. Поэтому призыв президента Путина не расшатывать эту систему абсолютно логичен с его точки зрения.

Для государственного аппарата судебная система – это никак не третья власть, а просто еще один рычаг управления. И чиновники будут держаться за этот инструмент до последней капли крови, – уверен эксперт.

Непорочное увольнение

Бывшая федеральная судья Элина Каширина лишилась своей должности, по ее словам, именно за то, что за восемь лет своей работы вынесла семь оправдательных приговоров.

Даже одного оправдательного приговора в год хватило, чтобы начальство намекнуло ей, что ее присутствие в Ивановской области нежелательно, вспоминает она.

Никаких претензий ко мне руководство предъявить не могло. Апелляционные суды мои приговоры утверждали, на работе и в личной жизни я тоже оснований придраться не давала, честь судьи не порочила. Но мне сказали „Каширина, тебе пора писать заявление об отставке“ открытым текстом, — рассказала она.

Став после ухода из судейского сообщества адвокатом, Каширина смогла оценить работу машины по штамповке обвинительных заключений «с другой стороны баррикады», и лучше думать она о российской судебной системе после этого не стала.

Даже законодательно стороны обвинения и защиты в российском уголовно-процессуальном праве не равны в правах. Следствие имеет право делать выемки вещдоков, проводить досмотры, допрашивать, принудительно доставлять в суд свидетелей, назначать любые экспертизы и прочее. 

Неравенство со всеми известными

Сторона защиты всех этих возможностей лишена.

Максимум, что я могу как адвокат, — это опросить кого-то. Но куда я с этим опросом пойду, если он не имеет никакой юридической силы и суд у меня его не примет? Я могу за деньги своего клиента провести экспертизу. Но опять же, суд может ее не принять, заявив, что эксперты за деньги составили нужные заказчику выводы. Это все битва на неравных условиях, — говорит юрист.

Адвокат уверяет, что, когда она сама носила мантию, она именно так и работала — приглашала к себе в кабинет сразу представителей и обвинения, и защиты, чтобы втроем обсудить какие-то юридические тонкости процесса. За что в итоге и поплатилась: нечего в российских судах устанавливать американские порядки.

В начале апреля Федеральная палата адвокатов РФ раскритиковала президентский законопроект, который дает Следственному комитету России право создавать судебно-экспертные учреждения и проводить судебные экспертизы.

Юристы предупреждали, что если законопроект будет принят, то «состязательность российского правосудия может окончательно рухнуть».

Госдума рассматривает этот законопроект сегодня.

  • 5
  • 13
  • 2
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
    20
    Поделились
  •  
    20
    Поделились
  • 5
  • 13
  • 2
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •