ЖИЗНЬ ПОЛИТИКА

Навального будут сажать? Какую биографию делают главному оппозиционеру

Главная интрига нового политического сезона разрешилась вполне предсказуемо: вернувшегося в Россию Алексея Навального «приняли» прямо в аэропорту. Ответственность за это решение взяла на себя ФСИН, в конце прошлого года объявившая политика в розыск за нарушение испытательного срока по делу «Ив Роше». Но понятно, что решение принималось гораздо выше.

Скорее всего, теперь Навального будут сажать — формальным предлогом для замены условного лишения свободы на реальное может стать все то же нарушение испытательного срока, хотя на самом деле это уже не суть важно. Был бы, как говорится, человек, а статья найдется. Для стороннего наблюдателя во всей этой истории важно другое: очевидно иррациональное с политической точки зрения решение свидетельствует о том, что власть действует исключительно в логике силовиков: именно для этого типа деятелей любые уступки неприемлемы, так как приравниваются к поражению. Навальному так настойчиво намекали, что возвращаться в Россию не нужно, что отрезали себе все пути к отступлению, и не задержать его после этого было бы уже просто «не по-пацански». Это также означает, что именно «силовики» сейчас принимают решения, определяющие будущую конфигурацию политического пространства.

Разворот над Москвой

Родина встретила «берлинского пациента» очередной спецоперацией. Борт «Победы» ждали в аэропорту Внуково, куда стянулись и сторонники оппозиционера, и ОМОН. Однако в последний момент самолет был перенаправлен в Шереметьево («ой, а у нас полоса обледенела»), где Навального задержали прямо в зоне погранконтроля, умело отрезав от летевшего вместе с ним адвоката. Если до сих пор кто-то еще пытался верить в то, что Кремль не видит в Навальном серьезного оппонента («Да кому он нужен то?..»), то теперь от этой приятной иллюзии уж точно придется отказаться: из-за неизвестно кого не закрывают целый аэропорт и ОМОН не пригоняют. Главного оппозиционера страны уже сравнивают с президентом ЮАР  Нельсоном Манделой, которому удалось подготовить революцию из тюрьмы, а кто-то проводит параллели со въездом Христа в Иерусалим.

«Какую биографию делают нашему рыжему», — сказала в свое время Анна Ахматова про арест Иосифа Бродского — и оказалась совершенно права. Но, кажется, некоторые уроки истории приходится повторять снова и снова. Тут даже коммунисты забеспокоились. «Складывается ощущение, что какие-то группировки во власти намеренно лепят из Навального главного оппозиционера страны», — пишет депутат Госдумы и зампред КПРФ Юрий Афонин.

В лучших традициях

Антрополог Александра Архипова замечает, что набор приемов, использованных при встрече Навального, полностью повторяет практики КГБ времен позднего СССР, известные ей по работе с архивными данными. Тогда, как и сейчас, было крайне нежелательно демонстрировать наличие открытого уличного протеста, поэтому его надо было скрыть, объясняет она.

В ход шли такие приемы, как заполнение «опасного» места правильным контингентом (тогда это были дружинники из числа «проверенных граждан», сейчас — массовка с фанатами Бузовой), недопущение всех остальных (самолет, который посадили не во Внуково, ограждения и перекрытые въезды в аэропорты), перехват информации (тут можно вспомнить запрет на съемки в аэропорту, отобранные у журналистов камеры). Одним словом, против Навального работали явно по старым методичкам. Хотя насколько это сработает, вопрос открытый: времена все-таки нынче другие.

Судьба возвращенца

Относительно дальнейшей судьбы Навального прогнозы расходятся. Совсем не каждый политик, попав за решётку, автоматически начинает набирать очки, предупреждает политолог Аббас Галлямов. Собственно, и с Манделой это случилось далеко не сразу: сел он в 1964 году, а движение за его освобождение началось лишь в 1980-х. Долгие годы о нем вообще практически не вспоминали, да и в повестку он вернулся, в общем-то, случайно.

В свое время Сергей Удальцов был с Алексеем Навальным в одной «весовой категории», соглашается с коллегой Дмитрий Травин, но, отсидев и исчезнув из информационного пространства, Удальцов превратился в политического «легковеса», тогда как Навальный теперь борется в одной категории с Владимиром Путиным. Но если сейчас он лишится возможностей делать свои разоблачительные видеосюжеты и создавать другие информационные поводы, народ может про него и позабыть.

Многое в вопросе о том, поднимут ли тебя на знамёна или забудут вскоре после ареста, зависит от того, на каком этапе развития революционного движения ты сядешь, объясняет Галлямов.  Если оно на подъеме, то и шансы поймать волну достаточно велики. Но вот можно ли это сейчас сказать про российское протестное движение — большой вопрос. В любом случае, если Навальному суждено будет уйти в тень — то не по вине его политических оппонентов. Те сделали все, чтобы превратить его в героя.

  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •