ЖИЗНЬ ЗДОРОВЬЕ

Обреченные умереть: смертельно больные дети останутся без лекарств

© Коллаж/Снег.TV

Запас медикаментов, необходимых при лечении редкого заболевания муковисцидоза, в России подходит к концу. В таких лекарствах по всей стране нуждается около 4000 больных, преимущественно детей.

В Европе больные муковисцидозом полноценно живут до 45 лет благодаря бесплатной программе лекарственной терапии. В России продолжительность жизни таких людей вдвое меньше.

Дефицит лекарств в РФ вызван тем, что главным критерием выбора их поставщика является цена, а не качество лекарства. То есть закупаются не дорогостоящие оригинальные препараты, а дженерики российского производства.

Они содержат те же действующие вещества, но эффективность таких препаратов не всегда столь же высокая, как у оригинальных.

Поэтому семьи пациентов с муковисцидозом зачастую сами покупают дорогостоящие оригинальные препараты «Колистин», «Фортум» и «Тиенам» – если могут себе это позволить.

Быстро хорошо не бывает

Из-за того, что больницы закупают дешевые дженерики, иностранным производителям стало невыгодно поставлять некоторые препараты в России. Это одна из причин того, что производители начали отзывать свои лекарства с российского рынка.

Однако российская фармацевтика не в силах быстро создать препараты, соответствующие по качеству оригиналам, говорит член-корреспондент РАН биотехнолог Всеволод Киселев.

Для того, чтобы создать лишь одно лекарственное средство, реально решающее конкретную проблему, надо потратить примерно 15 лет и миллиард долларов, – оценивает он цену вопроса.

Производство же дженериков – это не решение проблемы, а паллиатив, подчеркивает эксперт.

Вывод препарата из-под патента возможен только через какое-то время, это может быть 20 лет, с момента его создания. Но ведь эти 20 лет фармакология не стоит на месте. Получается, что мы начинаем производить заведомо устаревшие препараты. Это как если в автопромышленности мы бы сейчас стали производить „новинки“ начала века,— говорит Киселев.

Пилюлькин: Внутрь надо давать касторку, а снаружи мазать не медом, а йодом. 
Медуница: Зачем же йодом? Мед очень хорошее дезинфицирующее вещество.
— Николай Носов, «Незнайка-путешественник».

Цена вопроса

Фармацевты наизусть знают таблицы сравнения стоимости аналогичных по воздействию лекарств, которые при этом отличаются по цене на порядки, соглашается завлабораторией Центрального института эпидемиологии Александр Платонов.

На фармрынке цена и эффективность лекарства совершенно не кореллируются. Сейчас человек приходит в аптеку, когда у него что-то заболело, и просит „что-нибудь от кашля“, например. И аптекарь, по сути, выполняет функцию врача, советуя покупателю то или иное лекарство. Но беда в том, что аптекарь — в первую очередь продавец. Он заинтересован в том, чтобы впарить покупателю лекарство не эффективнее, а подороже. А на фармарынке цена и эффективность лекарства совершенно не коррелируются, — сказал он.

Например, дифлюкан стоимостью 480 рублей имеет полный аналог флуконазол по цене 20 (двадцать) рублей. Или известный всем санорин (100 р.) легко заменяется нафтизином по 7 руб. (!!!) за тот же объем. Но одно дело насморк, а совсем другое – генетическое заболевание, каковым является муковисцидоз.

Если рецепт будет выписан именно на дешевый препарат, то аптекарю уже будет невозможно и незаконно продать человеку дорогой аналог, – подчеркивает эксперт.

Добро пожаловать в Ад

Система регистрации и сертификации лекарственных препаратов на сегодня настолько усложнена, что усложнять ее дальше уже некуда, говорит президент холдинга «РИА Панда» Дмитрий Дергачев.

Процесс регистрации нового лекарства состоит из клинических испытаний на животных (не менее 4 месяцев), ряда тестов и клинических испытаний на людях (минимум 6 месяцев), принятия решения о допуске (3 месяца) и, наконец, подачи заявки в Минздрав, где на регистрацию может понадобиться еще не менее 8 месяцев. Это похоже на ад,— сказал он СНЕГ.TV.

С 2016 года в России вступили в силу новые правила регистрации лекарственных средств. Иностранные компании, по новым правилам, не могут зарегистрировать их без подтверждения соответствия своих стандартов качества российским требованиям. Это известно как сертификат подтверждения по стандарту GMP (Good Manufacturing Practice — надлежащая производственная практика).

Мы несколько лет назад построили под Петербургом фармазавод с нуля, но за три года после его запуска не получили на выходе ни одного препарата. Если систему будут ужесточать еще дальше, мы вообще скоро не увидим лекарств, ни отечественных, ни импортных, – опасается Дергачев.

  •  
  • 1
  • 7
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
    8
    Поделились
  •  
    8
    Поделились
  •  
  • 1
  • 7
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  

1 комментарий

Комментировать

  • Все правильно делают! Нечего завозить лекарства из запада! У нас есть своя лекарственная промышленность которая делает все не хуже, химию знать надо! А все эти либерасские вопли просто проплачены Госдепом, так как ему нужно чтобы русские люди покупали у него лекарства, в которые всегда можно будет добавить яд медленного действия и отравить наших всех людей