ЖИЗНЬ ПОЛИТИКА

В ожидании новой силы, или Зачем «спалили» Кириенко

© Коллаж/Снег.TV

Зарегистрированное в Латвии русскоязычное интернет-издание «Медуза» на прошлой неделе сообщило об усилении влияния замглавы администрации президента Сергея Кириенко — усилении настолько впечатляющем, что в определенных кругах его начинают рассматривать как кандидата на пост преемника в 2024 году, намекает издание.

Политика должна быть незаметной…

С учетом византийских традиций российской государственности, такой сигнал можно рассматривать как реальный признак усиления, которое кого-то начинает сильно беспокоить: нет способа вернее «закопать» чиновника, как если приписать ему президентские амбиции. Ну, или, по крайней мере дать понять, что он может всерьез претендовать на подобную роль. С этой точки зрения лучшей защитой для единственного до сих пор официально признанного преемника Дмитрия Медведева всегда служил благоприобретенный им тег #жалкий. Подчеркнуто «технократичный» стиль работы Кириенко использование подобных инсинуаций, казалось бы, тоже исключает. Но вот поди ж ты…
Разумеется, ни один вменяемый чиновник даже заглядывать в эту бездну не решится. Как справедливо замечает политолог Глеб Павловский, в современных условиях операция «преемник» в принципе невозможна: такая власть и в таком объеме не передается. Разрушение носителя означает крах системы.
Но с Кириенко, похоже, злую шутку сыграла именно его подчеркнутая аполитичность: курировать внутреннюю политику в стране без опоры на хотя бы квазиидеологию — тот еще квест. При Суркове власть предложила обществу формулу суверенной демократии и идею невмешательства среднего класса в политику в обмен на рост благосостояния, напоминает «Медуза». При Володине во внутриполитическое поле активно транслировались идеологемы национализации элит, возврата к консервативным корням. Про Кириенко известно, что он разделяет идеи методологов, для которых человек — что-то вроде компьютера, который можно и нужно программировать под определенные функции. «Политика должна быть незаметной, а человек должен быть избавлен от необходимости думать о политике», учит гуру методологии Петр Щедровиций.

Технократы и техники

С другой стороны, и понятие идеологии — как метапроекта, консолидирующего движение общества, методологам не чуждо. Но при этом идеология рассматривается прежде всего как инструмент, обеспечивающий движение к цели. А вот выбор этой цели — привилегия очень узкого круга людей.
В результате публичный функционал главного куратора внутренней политики сводится к решению подчеркнуто технических задач. При этом механистичность приемов, которые используются для решения таких задач, может со временем стать проблемой. Это как с выборами губернатора Санкт-Петербурга Александра Беглова: в губернаторы это чудо с лопатой протащили, однако рано или поздно издержки кампании еще будут предъявлены к оплате. И к тому времени у жителей столицы может накопиться приличный счет.
А на горизонте между тем уже обозначились выборы в Госдуму – 2021, и это не просто выборы, а составная часть того самого трансфера, который до дрожи пугает всех потенциальных акторов — а потому что «такая власть и в таком объеме не передается».
Интенсивность разного рода «сливов» о планах создания новой политической силы свидетельствует о том, что в Кремле идет обсчет различных вариантов. Ставка на «Единую Россию» в ее нынешнем виде выглядит заведомо провальной, однако альтернативные варианты чреваты рисками, в том числе конфронтации элит.
С этой точки зрения недавний выпад The Bell, уличившего сотрудников администрации президента во главе с Кириенко в лоббировании репрессивных для интернета законопроектов трудно назвать случайным. Равно как и всплывшую в телеграм-каналах переписку бывшего руководителя администрации президента России Александра Волошина с Кириенко, в которой обсуждается реорганизация «Яндекса», с передачей его под контроль государства (с намеками на интересы в этом деле уже полузабытой публикой «семьи»).
Судя по такой активности, дискуссия о новой политической силе входит в решающую стадию. Вот и советник президента Владислав Сурков подтянулся с идеей «путинизма» как действующей идеологии повседневности. Свято место, как известно, пусто не бывает.

  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •