ЗНАНИЯ ПРАВО

Как в России защитить себя и не сесть в тюрьму

События подобного рода случаются у нас в стране буквально ежедневно. Два дня назад в столичном районе Марьино пенсионер МЧС вступил в стычку с четырьмя пьяными гастарбайтерами, а когда конфликт перешел в «горячую» фазу, выстрелил одному из них в живот из наградного пистолета. Теперь офицеру-отставнику «шьют» превышение самообороны.

Вопрос определения пределов необходимой обороны — старейшая проблема в нашей стране, тянущаяся еще с советских времен.

В 1982 году, после выхода на экраны криминальной драмы Валерия Гурьянова «Средь бела дня…» эта тема вызвала горячее обсуждение во всех слоях общества. 

С тех пор законодательство, регламентирующее данное положение, менялось неоднократно. Однако, по большому счету, все те же самые проблемы преследуют нас до сих пор.

Например, в стране хватает случаев, когда женщины, убившие своих насильников, получали реальные сроки: были превышены пределы необходимой обороны.

Не решен и вопрос неприкосновенности жилища. Из-за этого каждая история, в которой человек успешно защитил свою жизнь и имущество, после чего остался на свободе моментально становится резонансной.

Тут можно вспомнить и дело Григорьева, и перестрелку в Екатеринбурге, но таких случаев — по пальцам пересчитать. Зачастую вопрос ставится так: жизнь, или тюрьма.

На Западе подход к данной проблеме тоже не прост, но, все же, регламентирован более четко. Попытка изнасилования всегда позволяет применять любую степень защиты. Защита от «гоп-стопа» в темной подворотне так же не приведет «самооборонца» к изучению тюремной реформы изнутри: налицо внезапность нападения. 

Все в плохо, но менять ничего не надо

На круглом столе в Общественной палате РФ, посвященном перестрелке в Екатеринбурге, первый замначальника Главного управления прокуратуры по надзору за следствием Владимир Овчинников, говоря о вопросах самообороны, заявил, что, «каких-то глобальных проблем в законодательном регулировании, не существует».

«Статья 37 Уголовного кодекса наряду с постановлением пленума достаточно регулирует эту ситуацию, создает основу для реализации гражданами прав на защиту своей жизни, здоровья, а также здоровья и жизни других лиц от преступных посягательств. Те предполагаемые изменения, которые предлагаются, они представляют, на наш взгляд, обороняющимся право использовать средства, не соответствующие характеру и степени опасности посягательства и без необходимости умышленно причинять посягающему, в том числе и смерть, и тяжкий вред здоровью. Поэтому, как правило, такие инициативы отклоняются и мы на них даем отрицательный отзыв», — сказал он.

Нужно заметить, что слова прокурора весьма красочно сочетаются с заявлением правозащитника Антона Цветкова, здесь же в стенах ОП РФ, ранее порекомендовавшего российским женщинам, в случаях нападений насильников, воздержаться от крайних мер самозащиты.

«Если, например, женщину мужчина насилует, а она вставила ему отвертку в бок, то ее привлекут к уголовной ответственности, потому что ее жизни не угрожала опасность — такие случаи есть», — подчеркнул Цветков. 

Вместе с тем, опрошенные «Снег.TV» новоизбранные депутаты Госдумы седьмого созыва заявили, что пока не готовы выступать с какими-то законодательными инициативами или комментариями на сей счет.

«Комитеты не сформированы, как будет организована работа пока не ясно, вам стоит обратиться с вопросом позднее», — заявил «Снег.TV» один из народных избранников. Видимо, общественный резонанс останется лучшим способом защиты в таких делах.

Все в порядке, но менять надо многое

Чтобы прояснить вопрос, нужны ли изменения в нормах УК, касающихся самообороны, или хотя бы правоприменительной практики в этой сфере, «Снег.TV» связался с различными экспертами.

Оксана Михалкина, адвокат

Оксана Михалкина поддерживает точку зрения Владимира Овчинникова: «Объем законодательства достаточен. Что-либо менять или дополнять, на мой взгляд, не нужно». Проблемы — в правоприменении уже существующих законодательных норм.

«Практически происходит следующее: застигнув лицо, которое находилось в состоянии необходимой обороны, правоохранительные органы сразу же возбуждают уголовное дело по ст. 105 УК РФ и на основании одной только тяжести деяния, помещают человека под стражу, объясняя свои действия тем, что „суд разберется“», — комментирует Оксана Михалкина.

«Суд, действительно разбирается, но после того, как человек уже отсидел в следственном изоляторе более года. А потом, не желая признавать право лица на реабилитацию, российский суд переквалифицирует действия обороняющегося лица на ст. 108 или ст. 114 УК РФ и отпускает из зала суда с учетом ранее отбытого срока содержания под стражей в СИЗО. Это порочная практика, которую необходимо менять, так как ст. 37 УК РФ („Необходимая оборона“) является одним из обстоятельств, исключающих преступность деяния. Поэтому содержание лица, находящегося в ситуации необходимой обороны в следственном изоляторе бесчеловечно», — говорит адвокат.

Игорь Шмелев, председатель правления  общественной организации «Право на оружие»

В момент совершения преступления преступник должен быть вне закона, настаивает Игорь Шмелев. С его точки зрения, необходимые изменения в законодательстве можно свести к четырем основным пунктам.

«Во-первых, нужно убирать сопоставимость ущерба, который наносится при необходимой обороне. Сейчас в законодательстве о необходимой обороне, в статьях 37, 38 и 39, везде прописано, что ущерб наносимый преступнику должен быть сопоставим с тем ущербом, который он хотел нанести своим нападением. Это приводит к тому, что и следователи, и судебная система начинают оценивать, почему вы решили, что можете ударить ножом, если, исходя из заявления преступника, вам ничего не угрожало. Абсурдная ситуация», — утверждает Игорь Шмелев.

В момент совершения преступления преступник должен быть вне закона. Он осознанно пошел на нарушение закона с ущемлением законных прав других граждан. Следовательно, в этот момент его права не должны ничем и никак защищаться. У него они появляются только в тот момент, когда он либо подвергается гражданскому аресту лицом, на которое он нападал, либо, когда он сдается правоохранительной системе, — говорит эксперт.

«В той же 37 статье нужно прописать, человек имеет право защищать свою собственность, что наша собственность — это одна из частей нашей жизни. Мы тратим время, силы и средства, чтобы обрести эту собственность, и лишить ее нас может только суд. Законом это сейчас никак не регламентируется. Поэтому преступник, которому нанесен ущерб, заявляет о том, что он никакой угрозы не представлял. Он просто пришел забрать телевизор. В это случае суд заявляет о том, что человек превысил пределы необходимой обороны», — указывает на еще один пробел в законах Шмелев.

«Кроме того, нужно переходить к термину „самооборона“, который более емко характеризует те события, которые происходят в этом процессе», — заявляет он.

Наконец, по утверждению эксперта, необходимо изменить регламенты уголовно-процессуального кодекса.
«Прописать четко, что следователь не просто имеет право, он должен прекратить уголовное дело, если имеются составляющие необходимой обороны. В этом случае нужно законодательно закрепить за следователем эти обязательства закрывать дело при наличии обстоятельств необходимой обороны. Таким образом, уйдет вот эта палочная система, когда следователь не может дело прекратить просто так, плюс он еще заинтересован в том, чтоб раскрыть дело по тяжкой статье», — говорит Игорь Шмелев.

Дмитрий Лило, адвокат

По мнению юриста, в правоприменительной практике необходимо упразднить понятие соразмерности средств нападения и защиты. «Это бред, — уверен адвокат. — Если на вас нападают с ножом, то необязательно защищаться ножом при наличии у вас пистолета».

Данная «дуэльная» проблема усугубляется при совершении преступлений профессиональными спортсменами.

«У нас есть очень много профессиональных спортсменов, владеющих какими-то боевыми искусствами. Можно дело Агафонова и Мирзаева сходу вспомнить, — напоминает юрист. — То есть, если лица владеют какими-то специальными познаниями в области боевых искусств и нанесут вам увечья, дело будет рассматриваться в обычном порядке. Очевидно, что одолеть бойцов-профессионалов можно только с применением оружия. Но у нас это будет трактоваться как-либо превышение пределов необходимой обороны либо убийство по неосторожности».

Этого не должно быть. Вот нападают на меня, допустим. Я уже старый, седой, ленивый, а на меня нападает разгоряченный юноша двадцати двух лет, который занимается боксом. Я вправе применить против него оружие, но если я его применю, я превышу пределы необходимой обороны по настоящему законодательству, — приводит простой пример юрист.


Дмитрий Галочкин, член Общественной палаты РФ

Члены общественной палаты предлагают по примеру тех же США внедрить в российское законодательство «доктрину крепости». Инициатива «Мой дом — моя крепость» пользуется большой популярностью, сто тысяч голосов в интернете она набрала за считанные дни.

Ее авторы считают необходимым дать чёткое понятие «жилища», описать права собственника и его обязанности, а также дать чёткое определение «угрозы дому».

Кроме того, по мнению авторов инициативы, в законе необходимо учесть невиновность гражданина, если он использовал средства для самообороны в случае незаконного проникновения в его жилище группы лиц с использованием силы.

«Если на жилище человека нападет группа лиц, применяя насилие, а он будет использовать любые средства для своей защиты и своих родных, на него автоматически должна распространяться презумпция невиновности. Сегодня он вынужден что-то доказывать, а по логике наоборот, если есть подозрения, должна доказываться вина. Человек не должен доказывать свою невиновность, если на его жилище совершен налет», — отмечает один из авторов инициативы Дмитрий Галочкин.

Усиленный контроль вместо изменений

Судя по позиции прокуратуры, ждать в ближайшее время изменений в законодательстве не стоит. «Без необходимости умышленно причинять посягающему, в том числе и смерть, и тяжкий вред здоровью — не хорошо», — уверены в ведомстве. Со слов его представителей, пока все предлагаемые изменения сводятся именно к этому.

С другой стороны, «прокурорские» признают, что иной раз следствие и суды действуют не слишком разумно, а то и предвзято, отсюда призыв усилить контроль.

Этот усиленный контроль, конечно, несколько снизит накал в обществе, однако кардинально проблему не решит. Скорее, притушит до появления нового «самооборонца», с ружьем в руках защитивших свой дом от преступников, а дальше в дело вступит все тот же «народный резонанс».

Говорят, вода камень точит, возможно, в конце концов, постоянное внимание к этой сфере все же приведет к каким-то изменениям.

  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •