ЖИЗНЬ ОБЩЕСТВО СМИ

Главред «Черновика» рассказал о деле журналиста Абдулмумина Гаджиева. В Дагестане его обвиняют в финансировании терроризма

В пятницу в Махачкале прошла очередная серия одиночных пикетов в поддержку журналиста газеты «Черновик» Абдулмумина Гаджиева, арестованного по обвинению в финансировании терроризма. На этот раз протестная активность развернулась перед зданием управления Следственного комитета по Республике Дагестан.

В этот же день сразу три местных издания вышли с одинаковой передовицей. Подобно «РБК», «Коммерсанту» и «Ведомостям», некоторое время назад поддержавшим арестованного в Москве спецкора «Медузы» Ивана Голунова, за своего коллегу и земляка вступились издания «Новое дело», «Свободная республика» и «Черновик».

В беседе с журналистом «СНЕГ.TV» главный редактор «Черновика» Маирбек Агаев рассказал, что изменил резонансный арест в самом Дагестане и стоит ли проводить параллели между Гаджиевым и Голуновым.

— Насколько активно отреагировала дагестанская общественность на задержание и арест Абдулмумина Гаджиева?

Такого резонансного дела, по крайней мере в Дагестане, на моей памяти еще не было. Такая мощная информационная поддержка, поддержка простых людей, общественников, активистов…

Люди просто сплотились не столько вокруг журналиста определенного издания или самой газеты «Черновик». Масса людей недовольны тем, что ничего конкретного Абдулмумину Гаджиеву так и не было предъявлено, более того, нет ни одного признака, хотя бы косвенно указывающего на причастность к этому преступлению.

Поэтому даже идеологические противники Абдулмумина и люди далекие от газеты «Черновик» — они все объединились вокруг одной позиции: коли вы посадили человека и в перспективе планируете его осудить, тогда покажите хотя бы элементарный состав преступления. В чем его причастность?

— Действительно, в чем конкретно обвиняют вашего сотрудника в рамках заявленной статьи?

До сих пор никаких подробностей якобы совершенного им деяния представлено не было, а его уже практически назначили виновным по такой серьезной статье.

Вот эта ситуация взволновала очень многих, сейчас мы даже частично отговариваем некоторых желающих приехать поддержать Абдулмумина. Пока крупных митингов не было, но все, что позволено законом, делается: одиночные пикеты, информационная поддержка новостных агентств Дагестана и не только Дагестана.

Я думаю, что волна недовольства подобными ситуациями будет нарастать и впредь. Многие жители Дагестана именно после инцидента с Абдулмумином Гаджиевым поняли, что завтра на его месте могут оказаться они сами или их близкие. Вот это понимание серьезности ситуации дошло до многих.

— Есть ли у редакции какие-либо предположения, в чьих интересах могла бы быть разыграна эта ситуация?

Мы строим в коллективе разные версии, но это все происходит лишь потому, что нам не дают понять, почему Абдулмумин находится под стражей. Я бы мог более-менее адекватно предположить, происходит ли преследование подозреваемого или попытка оказать давление на информационную политику газеты «Черновик», но пока говорить очень сложно. Все находятся в полном недоумении и неведении.

Есть лишь понимание полной абсурдности всего того, что сейчас происходит.

Наверное, если бы кто-то желал столь откровенно давить на политику газеты, то стоит понимать, что тут работает масса других сотрудников, которые пишут на гораздо более острые темы, в том числе про коррупцию. Статьи Абдулмумина никоим образом не касались подобных тем. Он был редактором отдела религии.

— Как воспринимали Абдулмумина сотрудники редакции? Иными словами, что он за человек?

Вообще у него абсолютно математический склад ума. Он учился в одном из лидирующих университетов Дагестана, после этого его сразу приняли преподавателем. Некоторые его студенты, спустя много лет после окончания обучения, узнав о случившемся, вспомнили, что это был их преподаватель.

Абдулмумин очень хорошо разбирался в точных науках, как журналист мог грамотно и профессионально использовать эти знания. Он умел очень простым языком объяснить серьезные вещи, вроде исламских финансов, экономики… Но ничего из того, что могло бы задеть какого-то чиновника или силовика, у него не было в материалах.

— Несмотря на существенное расхождение в темах, которые поднимали оба журналиста, напрашивается сравнение с ситуацией Ивана Голунова. Насколько оно обосновано и стоит ли ждать аналогичного развития событий?

Сейчас многие проводят какие-то аналогии с Голуновым. Если говорить о статьях УК — что Голунова была какая-то нелепица, что у Абдулмумина Гаджиева абсолютно нелепая статья. Но они, конечно, в совершенно разных весовых категориях.

Я надеюсь, что некое разумение вернется к тем, кто решил наскоком обвинить человека в совершении таких серьезных преступлений.

Если говорить об обвинении, то, насколько я знаю, по таким статьям не было в российской судебной практике ни одного случая, чтоб человека отпустили под домашний арест или под подписку.

Поэтому нам лишь остается надеется и продолжать делать все возможное, чтобы дело не дошло до приговора. Если следовать здравому смыслу, то такого случиться не должно, тем более, после столь жесткого задержания. Мы не видим признаков его причастности — это наша позиция.

Напомним, журналиста Абдулмумина Гаджиева задержали в пятницу, 14 июня, в его собственном доме.

18 июня Советский районный суд Махачкалы арестовал Гаджиева сроком на два месяца. 

  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  

Добавить комментарий

Комментировать