ЖИЗНЬ ПОЛИТИКА

Бессмысленные страдания: «дело Голунова» не изменит ничего

© Коллаж/Снег.TV

Задержание и чудесное освобождение журналиста «Медузы» Ивана Голунова сопровождалось  интересным побочным эффектом:  беспрецедентным по масштабу  тиражированием в СМИ и соцсетях результатов проведенных им расследований. Разумеется, попытки запретить информацию и раньше  приводили к прямо противоположному эффекту (вспомнить, хотя бы, тщетные попытки Росомнадзора заблокировать публикации о главе ВТБ Андрее Костине и квартирах журналистки ВГТРК Наиле Аскер-Заде).

Но «Голуновгейт» по ряду причин имел особенно впечатляющий масштаб. Во-первых,  «заказчиком» уголовного дела против журналиста, теоретически, мог оказаться любой из героев его публикаций, поэтому неравнодушные граждане постарались припомнить всех. А там чего только не было —  резиденции Ковальчуков и Ротенбергов на Валдае, доходы РПЦ,  пентхаусы семейства вице-мэра Москвы  Петра Бирюкова, члены которого хорошо заработали на бесконечных ремонтах столичных улиц,  «черные риелтеры» и  кладбищенская мафия, а также войны между МВД и ФСБ

Во-вторых, репост всех этих пикантных подробностей оказался самой доступной формой протеста граждан против  полицейского беспредела. Наконец, из чувства солидарности коллеги Голунова не упустили случая повнимательнее  приглядеться к тем, кто  мог или был замешан в возбуждении уголовного дела против журналиста. В итоге достоянием публики стали любопытные  подробности об автопарке и недвижимости наркоборца полковника Алексея Щирова   и еще более захватывающие детали трудовой биографии глав столичного управления УФСБ генерала-полковника Алексея Дорофеева и его помощника подполковника Марата Медоева.

Все впустую?

Материал о связях высокопоставленных силовиков с похоронным бизнесом журналист только готовил. А получилось так, что его арест дал пищу новому расследованию, которое, к тому же, оказалось максимально широко растиражировано. В любой стране развитой, скажем так, уровнем демократии,  такие подробности означали бы как минимум крест на карьере чиновника, а то и уголовное расследование. Стоит ли ждать возбуждения дела хотя бы по одному из голуновских кейсов, столь громких и замечательных, судя по уровню и «весу» фигурирующих в них персонажей? Рискнем усомниться в подобном исходе.

 Формально у нас  любую опубликованную в СМИ и соцсетях информацию правоохранительные органы вправе расценивать как сообщение о преступлении  – со всеми вытекающими последствиями. Вправе. Но не обязаны.

Собаки и люди

Например, несколько лет назад после жалостливого  поста слепой певицы Юлии Дьяковой о пропаже ее собаки-поводыря Следственный комитет совершенно всерьез и по личному поручению председателя СКР Александра Бастрыкина провел розыск  собаки и торжественно вручил ее владелице. И даже отправил под суд зоозащитницу, у которой эта собака нашлась. И зоозащитницу даже осудили, но потом все-таки оправдали, потому что выяснилось:  собаку никто не крал, животное просто сбежало от жестокой хозяйки.  И если бы СКР с таким рвением разыскивал не собак, а коррупционеров, то мы бы жили уже в другой стране.

Но это все еще Россия. Поэтому расследование грозит, в лучшем случае, паре наркополицейских, практически открыто подбросивших наркотики человеку, на которого им указали. Нет  почти никаких шансов на то, что этот указавший когда-либо будет поименован и призван к ответу. Наконец, ни сотрудники ФСБ, ни  связанные с ними  чиновники, вообще ничем не рискуют.

Системные скрепы

Иное поставило бы под угрозу  существующую  систему  съема и распределения коррупционной ренты. Проблема в том, что все российское государство, кажется, уже фактически и свелось к этой системе. Отсутствие эффективно работающих демократических институтов избавляет элиты от какой-либо необходимости принимать в расчет общественной мнение. Ну, по крайней мере до тех пор, пока возмущение не начинает выплескиваться на улицы. Да что там общественное: министр внутренних дел не может уволить даже своих подчиненных средней руки без позволения  президента.  И вся эта   публика прекрасно понимает, что у нее, по большому счету — только один избиратель. Интересно, задаст ли кто-нибудь  в ходе предстоящей «прямой линии» с президентом Владимиру Путину  вопрос об итогах «Голуновгейта»? А если нет — то как скоро случится следующий?

1 комментарий

Комментировать

  • Как же вы надоели со своим Голуновым!!! Отстаньте уже от всех! Мало получилось поорать. Расстроились.